«Польша в борьбе за Восточную Европу, 1920–2020» — новая книга в серии «Реальная политика» выходит 23 марта

17.03.2020
  • «Польша в борьбе за Восточную Европу, 1920–2020» — новая книга в серии «Реальная политика» выходит 23 марта
  • «Польша в борьбе за Восточную Европу, 1920–2020» — новая книга в серии «Реальная политика» выходит 23 марта

Приобрести книгу в издательстве «Кучково поле»

Институт внешнеполитических исследований и инициатив совместно с Институтом русско-польского сотрудничества подготовили сборник материалов «Польша в борьбе за Восточную Европу, 1920–2020», под общей редакцией Вероники Крашенинниковой, ответственный редактор Дмитрий Буневич, в издательстве «Кучково поле».

Междуморье — это геостратегический проект по объединению под польским лидерством государств Восточной Европы, который сто лет назад предложил маршал Юзеф Пилсудский. Тогда его планы окончились крахом, но химеры Междуморья до сих пор продолжают тревожить умы польских политиков и сеять хаос на Востоке Европы. Как и сто лет назад Варшава сегодня вновь пытается объединить регион и противопоставить его России и Западной Европе. На фоне роста стратегического отчуждения между США и ЕС Междуморье постепенно становится основным орудием Вашингтона, направленным против Евросоюза и России. Авторы сборника — известные историки, политологи и специалисты-международники — подробно и содержательно анализируют историю и современный этап борьбы Польши за региональное доминирование. Книга предназначена для широкого круга читателей, интересующихся историей Европы и актуальной международной политикой.


ПРЕДИСЛОВИЕ 

Междуморье. К столетию химеры 

Ровно сто лет назад на равнинах Восточной Европы полыхало пламя Советско-польской войны – и от её исхода зависело будущее всей Европы. Воссозданная в ноябре 1918 года на руинах трёх империй Польша желала стать новым региональным гегемоном, распространив свои владения далеко за пределы земель с этнически польским населением. В апреле 1920 года польские войска вторглись на территорию Украины, несмотря на то, что с конца 1919 года РСФСР и УССР сделали Варшаве несколько официальных предложений решить спорные вопросы мирным путём. В феврале 1920 года советское правительство открыто сформулировало территориальные условия мира, заявив о готовности оставить Польше захваченные ею к тому времени Западную Волынь на Украине и часть Белоруссии. Однако Юзеф Пилсудский выбрал войну.

Она проходила с переменным успехом. В мае поляки взяли Киев и провели в нем парад своих войск. Летом инициатива перешла к Красной армии. Наступление войск Западного фронта под командованием Михаила Тухачевского было остановлено под Варшавой в середине августа. В случае другого исхода Варшавской битвы судьба Европы могла бы сложиться иначе. «Если бы Польша стала советской, Версальский мир был бы разрушен и вся международная система, которая завоёвана победами над Германией, рушилась бы», – отмечал Владимир Ленин в сентябре 1920 года.

Но произошло то, что произошло. 18 марта 1921 года РСФСР и УССР подписали с Польшей Рижский мир, определивший новую границу между государствами. Недовольными в итоге оказались все. Не получилось ни Польши «от моря до моря», о которой мечтал Пилсудский, ни социалистической советской Польши. Белорусы и украинцы стали разделёнными народами, часть из них оказалась на территории УССР и БССР, другие – в Польше. Варшава, однако, не оставила своих надежд установить господство в Восточной Европе.

На весь межвоенный период Польша стала, наверное, самым проблемным соседом для Советского Союза. Опасения Москвы не были беспочвенными. Вторая Речь Посполитая взяла на вооружение геостратегическую концепцию Междуморья: Пилсудский мечтал создать под верховенством Варшавы конфедерацию государств, расположенных между Чёрным, Адриатическим и Балтийским морями. Польские амбиции распространялись на Украину, Белоруссию, Литву, Латвию, Эстонию, Молдавию, Венгрию, Румынию, Югославию, Чехословакию и Финляндию. По плану Пилсудского, эта новая Речь Посполитая должна была доминировать в Восточной Европе и противостоять Германии и России.

Хотя Рижский мир 1921 года и зафиксировал провал польских планов по полному захвату Украины и Белоруссии, Варшава до 1939 года так и не отказалась от своей мечты о Междуморье. Не помог и Польско-советский договор о ненападении 1932 года. В Москве были уверены, что Пилсудский и его наследники лишь ждут подходящего случая, чтобы вновь начать наступление на Минск, Киев и Смоленск.

Амбиции Варшавы не останавливались на Междуморье. Чтобы усилить шансы на успех, Пилсудский выдвинул политический проект «прометеизм», который ставил целью ослабление и расчленение Советского Союза с помощью поддержки национал-сепаратистских движений — как Прометей огонь, Польша принесла бы свободу угнетённым советской властью народам. Третий рейх продолжил эту логику военными средствами, создавая национальные легионы СС. Забегая вперёд отметим, что в годы холодной войны «роль Прометея» взяли на себя спецслужбы США, и к концу 1980-х проект вместе с другими мерами принёс результат, катастрофический для Советского Союза.

В 1934 году опасения Москвы ещё больше усилились после заключения Польско-немецкого договора о ненападении и соучастия Варшавы в разделе Чехословакии в 1938 году совместно с нацистами[i]. В СССР были убеждены, что при определённых условиях Польша не откажется принять совместное с рейхом наступление на Восток.

Через 25 лет после неудачной Варшавской битвы Красная Армия всё же вошла в польскую столицу по дороге к Берлину. На дворе был 1944 год, и судьбы мира уже решались без поляков. Хотя «польский вопрос» и был одним из предметов горячего обсуждения в Тегеране, Ялте и Потсдаме, сами поляки теперь практически не могли повлиять на его разрешение. Вторая Речь Посполитая, запутавшись в собственных дипломатических манёврах, авантюрах и одурманенная мечтой о Междуморье, осенью 1939 года рухнула под натиском германской военной машины. Лондонское правительство в изгнании, хотя и считало себя единственной легитимной польской властью, находилось в большой зависимости от западных союзников, их планов и
фактически не участвовало в освобождении страны.

Люблинский комитет, созданный летом 1944 после начала освобождения Красной Армией польских земель, состоял в тесном союзе с Москвой. В мае 1943 года на основании обращения активистов Союза польских патриотов в СССР Государственный комитете обороны СССР принял постановление № 3294сс «О формировании на территории СССР польской стрелковой дивизии им. Тадеуша Костюшко». Боевое крещение она приняла 12-13 октября 1943 года под деревней Ленино Могилевской области. По мере освобождения от гитлеровцев территорий Украинский ССР и Белорусской ССР, а потом и самой Польши, число поляков, воевавших с немцами, увеличивалось. Весной 1945 года в Германии сражались две армии Войска Польского. 24 июня 1945 года лучшие польские воины участвовали в Параде Победы на Красной площади. Руководство современной Польши не вспоминает добрым словом тех поляков, которые плечом к плечу с красноармейцами сражались с нацистами.

Новые границы послевоенной Польши были определены в ходе дискуссий лидеров «Большой тройки». Они сохраняются до сих пор – нынешняя Польша начертана Иосифом Сталиным, Франклином Делано Рузвельтом и Уинстоном Черчиллем. Новые границы практически совпали с территорией, где этнические поляки составляли большинство. Вскоре после окончания Второй мировой войны Народная Польша стала составной частью социалистического содружества государств и получила стремительное восстановление страны, поставки дешёвого сырья, товаров и быструю индустриализацию.

Союзничество Польской объединённой рабочей партии (ПОРП) с Москвой не означало статус сателлита. Ни Владислав Гомулка, ни Эдвард Герек не были лишь послушными исполнителями воли Кремля. Напротив, они порой весьма твёрдо и даже резко отстаивали собственные интересы, вынуждая руководителей СССР идти на уступки. Отношения польской и советской правящих партий, как становится сейчас понятно из архивных документов, строились на сложной системе взаимозависимостей. Период 1945-1989 годов был временем вовлечения обоих государств в большой наднациональный интеграционный проект. Казалось, химеры Междуморья навсегда остались в прошлом, а Варшава и Москва могут теперь взаимовыгодно сотрудничать. За последнее столетие именно период Народной Польши был самым лучшим для двусторонних отношений.

Однако по мере общей эрозии социалистического блока, при активном участии США в расшатывании единства Востока, ситуация в Народной Польше осложнилась. Всё громче заявлял о себе оппозиционный профсоюз «Солидарность» – крупный подрывной проект, разработанный главой Cовета национальной безопасности в администрации президента США Джимми Картера Збигневом Бжезинским и реализованный при активном участии Ватикана.

Такие действия в самом центре социалистического блока в Европе вызывали все большее беспокойство в СССР. В какой-то момент даже обсуждался вопрос возможного использования советских войск, если польским властям не удастся взять под контроль ситуацию в стране.

Но ответственность за страну взял на себя авторитетный военный руководитель генерал Войцех Ярузельский, быстро сумевший стабилизировать положение в ПНР. В немалой степени этому поспособствовала и масштабная финансово-экономическая помощь со стороны СССР. С началом перестройки Ярузельский, несмотря на свой несколько брутальный образ, оказался в числе тех восточноевропейских лидеров, кто поддержал новый курс Михаила Горбачева. Очень скоро, впрочем, стало понятно, что Москва постепенно уходит из Восточной Европы. Это, а также системный политический кризис в Польской объединённой рабочей партии и рост оппозиционных настроений, привели к демонтажу ПНР через механизм «круглых столов» – системы компромиссов между старым партийно-государственным аппаратом и большинством лидеров оппозиции. Результатом этого компромисса и стала новая польская государственность, Третья Речь Посполитая. Она открыто объявила себя продолжателем традиций «исторической Польши», Польши Пилсудского и его преемников. Сначала исподволь, а потом всё громче, политики и интеллектуалы заговорили о политическом наследии маршала Пилсудского.

В стране были проведена рыночная «шоковая терапия» и радикально преобразована политическая система. Это, казалось, открыло возможности для выстраивания принципиально новых отношений с Россией, которая также выбрала схожий путь развития в тот период. Ничего подобного, однако, не произошло ни в 1990-е, ни в 2000-е годы. Не помогали ни примирительные исторические заявления и жесты, нередко звучавшие из Москвы в это время, ни объективная взаимная экономическая заинтересованность двух стран. Негативному развитию двустороннего диалога в немалой степени способствовал новый внешнеполитический курс Варшавы. Очень скоро стало понятно, что руководство Третьей Речи Посполитой вновь обращается к старой внешнеполитической доктрине – Междуморью, которая стремительно вернулась в пространство общественно-политических дискуссий.

Добившись вывода советского (российского) военного контингента, поляки тут же принялись искать союзника-патрона. Он был найден в лице США и НАТО. Даже предельно лояльная Вашингтону команда главы российского МИД Андрея Козырева была неприятно удивлена и протестовала против курса Польши на немедленное присоединение к Альянсу. Став членом НАТО (1999) и ЕС (2004), Польша проявила себя настолько услужливым партнёром США, настолько готовым участвовать во всех авантюрах Вашингтона, что некоторые европейские авторы даже стали называть страну «троянским ослом» США в Европе.

По мере углубления трансатлантического отчуждения, все заметнее становилось стремление Варшавы играть на американо-европейских противоречиях. Польша надеялась таким образом усилить свой вес в Европе, а также использовать потенциал обеих организаций, для реализации стратегии Междуморья – усиления собственного влияния в регионе, в первую очередь, на пространстве ближнего зарубежья России. Именно Варшава была инициатором и стояла в авангарде процессов, связанных с продвижением европейских и атлантических структур на Восток. Польша совместно со Швецией выступила с инициативой «Восточного партнёрства» (2008), которое способствовало процессам, разрушившим Украину в 2014 году.

Попытки вернуться к прагматическим отношениям между Россией и Польшей в эти годы неизменно оканчивались провалом. Владимир Путин и Дональд Туск на определённом этапе пытались найти приемлемый формат диалога, «оставив историю историкам». Большое эмоциональное и политическое значение имело посещение Путиным в 2009 году мероприятий в Гданьске, связанных с 70-летием начала Второй мировой войны, и его долгая доверительная беседа с Туском на берегу Балтийского моря. Был создан формат так называемого «Калининградского треугольника» – ежегодных встреч министров иностранных дел России, Польши и ФРГ. Эта практика, направленная на развитие трёхстороннего сотрудничества в области политики и экономики, а также взаимодействия регионов и городов, должна была способствовать преодолению навязчивого и иррационального польского страха «германо-российского сговора». После катастрофы польского президентского «Ту-154» в 2010 году президент Дмитрий Медведев объявил в России общенациональный траур и лично посетил прощальную церемонию в Кракове. Эти усилия, казалось, могли способствовать сближению и преодолению предрассудков, накопившихся между странами. Ничего подобного, однако, так и не произошло. Польская стратегия на Востоке, способствовавшая украинскому кризису, ознаменовала новое долгосрочное обострение российско-польских отношений.

Хотя текущий кризис имеет под собой вполне понятные политические основания, он также базируется на исторических страхах и комплексах большей части польской политической элиты. Неврозы, связанные с историей разделов Польши в конце XVIII века и трудной судьбой в ХХ веке, активно используются польскими националистами и традиционалистами для выстраивания агрессивной национальной идентичности. Так называемая «историческая политика», взятая на вооружение национал-консерваторами из партии братьев Качиньских «Право и справедливость», построена на страхе и ненависти к другим. Прежде всего, к немцам и русским, а также к тем полякам, кто всё же готов вести диалог с Москвой и Берлином. Что говорить, если даже отец действующего премьер-министра Польши Корнель Моравецкий, депутат и активист антикоммунистической оппозиции в ПНР, подвергся настоящей травле со стороны СМИ и политического класса, когда незадолго до смерти признал, что «в интересах и наших народов, и в интересах Европы, и даже в интересах всего мира улучшение отношений между Польшей и Россией».

Извращённая «историческая политика» является одним из идеологических оправданий возвращения Варшавы к курсу на строительство Междуморья. В рамках «исторической политики» возрождаются, создаются и культивируются совершенно антинаучные представления о прошлом Польши и её отношениях с соседями. Польские политики целенаправленно актуализируют самые трудные сюжеты прошлого в настоящем. В рамках этой политики проходит и так называемая «десоветизация» – цинично уничтожаются монументы воинам-освободителям, изгнавшим нацистов с польской земли. Сегодня польские национал-клерикалы пытаются представить страну единственным «бастионом христианских ценностей» Европы, вечно сражающимся с мусульманами, «варварами» или «тоталитарными режимами». При этом всячески замалчиваются и искажаются нелицеприятные страницы истории Польши, связанные с её внешней агрессией и внутренней ксенофобией, включая антисемитизм. Согласно новой исторической мифологии «Права и справедливости», ключевым элементом консолидации нации, наряду с католическим традиционализмом и «исторической политикой», должна быть русофобия и бесконечное раскручивание истерии вокруг мифической «русской угрозы».

Российская сторона пыталась игнорировать «историческую политику» Польши, руководствуясь тем принципом, что «историю нужно оставить историкам». Но принятая 19 сентября 2019 года резолюция Европарламента «О важности сохранения исторической памяти для будущего Европы», согласно которой причиной Второй мировой войны был назван Германо-советский договор о ненападении 1939 года, в преддверии 75-летия Победы прозвучала особенно кощунственно. Ведь именно польские депутаты Европарламента были в числе главных инициаторов и организаторов принятия этого антиисторического документа. Ещё одной важной причиной этого наступательного манёвра стало наметившееся улучшение отношений России-ЕС, которое не устраивает русофобские круги.

В декабре 2019 года президент Путин на коллегии Минобороны России в необычно резких для него выражениях высказался о польской внешней политике предвоенного периода. Глава российского государства сделал особый акцент на участии Второй Речи Посполитой в разделе демократической Чехословакии вместе с нацистской Германией и Венгрией, и на антисемитизме, процветавшем в межвоенной Польше. Это было очень болезненно воспринято в Варшаве. Последовал вызов российского посла в польский МИД и гневный ответ премьер-министра Матеуша Моравецкого. Со ссылками на Александра Солженицына в заявлении повторялся известный тезис, о том, что Польша якобы стала жертвой «двух тоталитарных режимов», а Германо-советский договор о ненападении 1939 года был «политическим и военным союзом, делившим Европу на две сферы влияния» и привёл к войне[ii].

Вследствие этого президент Польши Анджей Дуда отказался от участия во Всемирном форуме памяти Холокоста в Израиле, поскольку главным гостем там был российский президент Путин. На фоне участия в этом мероприятии лидеров Германии, Франции, Италии и других государств это выглядело как нежелание Варшавы однозначно осудить антисемитизм, процветавший в Польше значительную часть прошлого века. Затем 9 января 2020 года польский Сейм, отвечая российскому лидеру, принял очередную резолюцию, согласно которой «к началу Второй мировой войны привели две тогдашние тоталитарные державы: гитлеровская Германия и сталинский Советский Союз, а после заключения 23 августа 1939 года в Москве позорного пакта Молотова-Риббентропа первыми жертвами обоих тоталитарных режимов стали Польша и государства Центральной и Восточной Европы». Показательно то, что за откровенно антироссийскую резолюцию дружно проголосовали все фракции Сейма. Тем самым политическая элита Польши в очередной раз показала России и всему миру, что, несмотря на острые дискуссии между польскими политиками по внутриполитическим вопросам, против России они выступают единым фронтом. Единение практически всего политического спектра Польши на фундаменте антироссийской политики перечёркивает надежды на нормализацию отношений между государствами в ближайшем будущем.

Продолжающийся российско-польский спор об истории, конечно, не является исключительно историческим. Он о будущем, будущем Восточной Европы и всего континента. Ведь, раздувая исторические страхи и искажая прошлое, Варшава одновременно пытается консолидировать на антироссийской повестке весь восточноевропейский регион. Одновременно с этим Польша остаётся самым «атлантическим» государством ЕС. Активно поддерживая агрессивную политику администрации президента США Дональда Трампа по развёртыванию в регионе американской военной инфраструктуры, Варшава даже не пытается скрывать тот факт, что стремится торпедировать наметившееся сближение между Россией и странами Западной Европы, Францией и ФРГ. Спустя сто лет Польша вновь пытается создать Междуморье.

В представленном сборнике мы говорим как об истории феномена Междуморья – политики по консолидации Восточной Европы под польским лидерством, направленной против России и Германии – так и о современности. Мы собрали коллектив крупнейших специалистов, сотрудников ведущих российских университетов, профильных академических институтов и авторитетных независимых экспертных центров. Обращаясь к широкой аудитории, учёные изложили результаты своих многолетних исследований максимально понятным и доступным языком. Мы готовы были дать слово и противоположной стороне, при условии, что диалог не выльется в перебранку, но поиск квалифицированных польских экспертов оказались трудной задачей. Таково печальное влияние политической атмосферы двусторонних отношений на диалог учёных. Лишь благодаря содействию представительства германского Фонда Конрада Аденауэра в Москве удалось пригласить к работе доктора Рафаля Ридела из Опольского университета. Несомненно, общий тон и отдельные утверждения доктора Ридела, вроде сетований на «аннексию Крыма», вызовут обоснованные возражения со стороны российского читателя. Его материал показывает, как видят реальность даже те польские аналитики, кто в целом готов к диалогу с российскими коллегами.

Сборник разделён на несколько параграфов, знакомство с которыми даст читателю представление об истории, идеологических основаниях и современном этапе борьбы Польши за доминирование в Восточной Европе.

В первом разделе «Из истории борьбы Польши за региональное доминирование в начале ХХ века» представлена две работы. Крупнейший специалист по истории межвоенной Польши Геннадий Филиппович Матвеев, доктор исторических наук, профессора Кафедры истории южных и западных славян Исторического факультета МГУ им. Ломоносова, подготовил статью «Советско-польская война и два сценария для Восточной Европы». В ней он подробно описал «приводные ремни» этого конфликта и его идеологическую составляющую. Особого внимания заслуживает вывод профессора Матвеева о том, что в начале 1919 года «никакого марша на Варшаву и вообще вторжения в этнографическую Польшу советское военно-политическое руководство не планировало».

В совместной статье кандидата исторических наук Александра Владимировича Макушина и кандидата исторических наук, старшего научного сотрудника Центра истории войн и геополитики Института всеобщей истории Российской академии наук Дмитрия Викторовича Суржика «Крах – цена ошибочных военно-политических расчётов: военная машина Второй Речи Посполитой» сделан широкий и подробный обзор военного строительства в межвоенной Польши. Анализируя многочисленные статистические данные, авторы убедительно показывают, как в 1920-1930-е годы Вторая Речь Посполитая готовилась к большой войне в Восточной Европе и объясняют, почему эти приготовления в конечном итоге обернулись сентябрьской катастрофой 1939 года.

Второй раздел «Прометеизм как идеологическое основание «восточной политики» Польши» состоит из трёх статей и посвящён исследованию феномена «прометеизма». В центре статьи доктора исторических наук, доцента Кафедры социально-правовых и гуманитарных дисциплин Государственного университета по землеустройству Фёдора Леонидовича Синицына «Доктрина «прометеизма» в политике Второй Речи Посполитой и Третьего рейха» находится политика ослабления и расчленения Российской империи и впоследствии Советского Союза с помощью поддержки национал-сепаратистских движений. Доктор Синицын в своём исследовании отмечает неразрывную связь «прометеизма» и Междуморья. Особое внимание автор уделяет тому, как изначально польская стратегия после 1933 года была перехвачена нацистской Германией и использована против СССР. Сложно не согласиться с одним из главных выводов статьи о том, что «Вторая Речь Посполитая – это неудавшийся имперский проект».

Проблему соотнесения проблематики Междуморья и политики «прометеизма» продолжает исследование кандидата исторических наук Татьяна Михайловны Симоновой «Прометеизм в польском сознании: теория и практика». В своём подробном и обстоятельном исследовании автор самым тщательным образом анализирует как развитие идеологических установок «прометеизма», так и его практическое воплощение. Особого внимания заслуживает подробное описание сети различных структур, связанных с реализацией политикой «прометеизма». Исследователь не ограничивается межвоенным периодом и показывает, как «прометеизм» использовался противниками СССР в годы холодной войны и – что особенно важно – как он, вместе с концепцией Междуморья, вернулся в польскую политическую реальность после распада СССР. Автор справедливо заключает, что «современная практика «прометеизма» реализуется в формах гуманитарного воздействия на общество государств Восточной Европы».

Кандидат исторических наук, директор Института русско-польского сотрудничества Дмитрий Сергеевич Буневич подготовил для сборника статью «Восточная политика» Гедройца-Мерошевского или «прометеизм 2.0»?». Она посвящена проблеме адаптации к реальной политике теоретических построений крупнейших польских мыслителей-эмигрантов Ежи Гедройца и Юлиуша Мерошевского. Хотя они надеялись преодолеть влияние идеологии «прометеизма» и политики Междуморья на польское общество и политический класс, в реальности этого не произошло. Напротив, автор приходит к печальному заключению, что «в рамках практической реализации концепции Гедройца-Мерошевского, декларировавших отказ от идеологии «прометеизма», в действительности произошёл ренессанс старых политических подходов».

Последний и наиболее объёмный раздел сборника представлен пятью статьями и говорит о нынешней инкарнации Междуморья, о его влиянии на внутреннюю и внешнюю политику Польши. Статья доктора политических наук Сергея Яковлевича Лаврёнова «Развёртывание инфраструктуры НАТО в современной Польше: краткие итоги и основные выводы» посвящена процессу превращения Польши в главный форпост американского военно-политического присутствия в регионе после окончания холодной войны. Автор описывает основные этапы развития польско-американского военного партнёрства, перечисляет ключевые элементы военной инфраструктуры Альянса в стране и характеризует роль Польши в милитаризации Восточной Европы. «Польша играет одну из ключевых ролей среди восточноевропейских стран по развёртыванию военной инфраструктуры НАТО, укреплению её «восточного фланга» и её приближению к границам России», – справедливо заключает исследователь.

Кандидат исторических наук, доцент Кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики Российского государственного гуманитарного университета Вадим Вадимович Трухачёв подготовил для сборника статью «Образ России у политических партий Польши». В рамках своего исследования он кратко охарактеризовал внешнеполитические установки основных партий, представленных в современной Польше. Знакомство с работой даёт представления о международных приоритетах польской политической элиты и подтверждает безрадостный тезис о том, что в настоящее время противодействие и конфронтация с Россией фактически является консенсусом для политического истеблишмента Третьей Речи Посполитой.

Партийно-политическую тему продолжает статья политолога, аналитика Центра общественно-политических исследований «Русская Балтика» и обозревателя портала «RuBaltic.Ru» Александра Александровича Носовича «Альтернатива для Европы. Что предлагает Польше и её союзникам внутренняя политика «Права и справедливости»». Исследователь из Калининграда соотносит внутреннюю политику правящей партии, направленную на сворачивание демократии, с внешнеполитическим измерением, которое характеризуется ростом отчуждения между Варшавой и ЕС. Автор приходит к выводу, что национал-консервативная «Польша Качиньского» является долгосрочным явлением, которое может стать одним из вариантов развития для региона. Более того, свою модель польские власти рассматривают в качестве будущего для части Европы. Возможно, именно такая национал-консервативная модель, построенная на критике либерализма и демократии, станет идеологической основой потенциального Междуморья?

Доктор Рафаль Ридел (Rafał Riedel) из Опольского университета подготовил для сборника статью «Новый рыцарь холодной войны в Центральной Европе – Польша». Справедливо указывая на авторитарные тенденции, возобладавшие в стране с приходом к власти национал-консерваторов, он отмечает роль Польши в качестве главного противника России в Восточной Европе. Сравнивая Польшу с другими участниками региональной Вишеградской группы (Чехия, Словакия, Венгрия) он приходит к выводу, что позиция Варшавы по отношению к Москве является наиболее конфронтационной. Польский исследователь соглашается и с тем, что Польша в отличие от своих соседей имеет амбициозные планы быть лидером региона и определять европейскую политику в отношении стран «Восточного партнёрства». Тем не менее, в работе регулярно повторяются традиционные антироссийские тезисы об «угрозе с Востока», «аннексии Крыма» и т.д.

Завершает раздел и сборник в целом статья кандидата исторических наук, генерального директора Института внешнеполитических исследований и инициатив Вероники Юрьевны Крашенинниковой «Возрождение «Междуморья»: игра Польши и США против Евросоюза и России». В центре материала находятся военно-политические расчёты американских стратегов, а также инфраструктурные планы в рамках Инициативы трёх морей (Триморье). Хотя и последними руководит тоже руководит четырёхзвёздный американский генерал, ранее главнокомандующий силами НАТО в Европе. Автор обращает внимание и на подпольные военизированные возможности «Междуморья» – таковые могут реализоваться через сеть национал-радикалов «Реконкиста», повторяя паттерн операции «Гладио» времён холодной войны. Убедительно звучит вывод-предупреждение о том, что «угроза строительства национал-консервативного антиевропейского и антироссийского «Междуморья» является сегодня ключевым вопросом европейской безопасности».

В завершение отметим, что в ближайшие годы отношения России и Польши останутся сложным узлом политики на востоке Европы. Прежде всего, разжигать вражду стремятся те группы, которых объединяет идеология атлантизма – веры в то, что США, их военные и политические структуры, должны господствовать в Европе. Самостоятельный Евросоюз, установивший конструктивное партнёрство с Москвой, является самым страшным сном для атлантистов. И поэтому они используют Польшу и её мечту о Междуморье как оружие против европейского единства и против нормализации отношений между ЕС и Россией. Польские национал-клерикалы и либералы могут спорить между собой по вопросам ценностей, но оба фланга легко находят общий язык со своими американскими кураторами на общей платформе вражды к России и борьбы за региональное доминирование.

Системно критикуя политику польского государства, мы считаем, что многие разумные поляки способны оценить многовековые культурные, исторические, экономические и человеческие связями. Путь польских националистических элит – это дорога в никуда, повторение тех ошибок, которые уже допускали польские лидеры в прошлом веке. Для нормального взаимодействия с Россией курс Варшавы должны определять люди, избавленные от пустых исторических страхов, заинтересованные в строительстве общей безопасной Европы. Те, кто не хотят, чтобы их страна была разменной картой в антиевропейской и антироссийской игре Вашингтона. К сожалению, в настоящее время эти силы не могут высказать своё мнение на польской политической сцене, без того, чтобы быть подвергнуты бичеванию.

В общеевропейских интересах Польша должна отказаться от своих необоснованных претензий на доминирование в Восточной Европе. Нельзя годами быть главным бенефициаром европейских «программ выравнивания» и одновременно проклинать «европейскую бюрократию». Невозможно обеспечивать экономический рост за счёт доступа к рынкам ЕС и роли транзитного коридора между Западной Европой и Россией, параллельно подыгрывая США в их игре против Москвы и Евросоюза.

Западноевропейским партнёрам Польши следует применить широкий спектр механизмов для того, чтобы повлиять на политику Варшавы и направить её в конструктивное направление. Франция исторически имеет «особые» отношения с Польшей, а ФРГ – её важнейший экономический партнёр. В интересах стабильной Европы Берлин и Париж могут и должны использовать все имеющиеся ресурсы, чтобы привести Варшаву в чувство. Ибо Польша, несмотря на страстное утверждение национальной идентичности, чутко адаптирует свою политику к внешнему контексту коллективного Запада. Лишь после этого сможет начаться трудный путь к долговременной нормализации отношений России и Польши.

Только отбросив химеру Междуморья, Польша может стать ответственным и конструктивным членом Большой Европы.

 

Вероника Крашенинникова,   к.и.н.,

член Общественной палаты РФ, заместитель председателя Комиссии

по развитию общественной дипломатии, гуманитарном сотрудничеству

и сохранению традиционных ценностей, генеральный директор

Института внешнеполитических исследований и инициатив

 

Дмитрий Буневич, к.и.н.,

директор Института русско-польского сотрудничества

 

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

Междуморье. К столетию химеры

От редакторов ........................................................................................................ 3

 

ИЗ ИСТОРИИ БОРЬБЫ ПОЛЬШИ ЗА РЕГИОНАЛЬНОЕ 

ДОМИНИРОВАНИЕ В НАЧАЛЕ ХХ в. ............................................................ 17

Советско-польская война и два сценария для Восточной Европы

Геннадий Матвеев .............................................................................................. 19

Крах — цена ошибочных военно-политических расчётов: военная машина Второй Речи Посполитой

Александр Макушин, Дмитрий Суржик ............................................................ 29

 

«ПРОМЕТЕИЗМ» КАК ИДЕОЛОГИЧЕСКОЕ ОСНОВАНИЕ

«ВОСТОЧНОЙ ПОЛИТИКИ» ПОЛЬШИ ....................................................... 57

Доктрина «прометеизма» в политике Второй Речи Посполитой и Третьего рейха

Федор Синицын ................................................................................................. 59

«Прометеизм» в польском сознании: теория и практика

Татьяна Симонова ............................................................................................... 74

«Восточная политика» Гедройца–Мерошевского или «прометеизм 2.0»?

Дмитрий Буневич .............................................................................................. 107

 

СОВРЕМЕННАЯ ПОЛЬША И ПРОБЛЕМЫ ЕВРОПЕЙСКОЙ

БЕЗОПАСНОСТИ ............................................................................................. 119

Развёртывание инфраструктуры НАТО в современной Польше:

краткие итоги и основные выводы

Сергей Лаврёнов ............................................................................................... 121

Образ России у политических партий Польши

Вадим Трухачёв ................................................................................................. 134

Альтернатива для Европы. Что предлагает Польше и её союзникам

внутренняя политика «Права и справедливости»

Александр Носович ........................................................................................... 144

Новый рыцарь холодной войны в Центральной Европе — Польша

Рафал Ридель ..................................................................................................... 154

Возрождение Междуморья — американская игра против Евросоюза и России

Вероника Крашенинникова ............................................................................. 163

 

Заключение ....................................................................................................... 171

Сведения об авторах .......................................................................................... 173

Именной указатель ........................................................................................... 174




[i]     См. подробнее: Падение в бездну Второй мировой: сб. ст. / под общей ред. В.Ю. Крашенинниковой; отв. ред. О. Г. Назаров. – М.: Кучково поле, 2018.

[ii]          За последние годы в России вышло несколько работ, в которых на основе всестороннего анализа было опровергнуто это лживое утверждение. См. подробнее: Антигитлеровская коалиция - 1939: Формула провала. Сб. ст. / под общей ред. В.Ю. Крашенинниковой; отв. ред. О. Г. Назаров. – М.: Кучково поле, 2019; Карлей М.Дж. (Канада) «Только СССР имеет… чистые руки»: Советский Союз, коллективная безопасность в Европе и судьба Чехословакии (1934 - 1938 годы) // Новая и новейшая история. 2012. №1; Партитура Второй мировой. Кто и когда начал войну? М.: Вече, 2009 и др.

 




Возврат к списку